|
Тот факт, что в двух областях интеллектуальной деятельности – в "точных" и естественных науках, в технике, с одной стороны, в гуманитарных науках и искусстве– с другой , относительно господствующую роль играет один из двух разных стилей мышления ,из двух родов активности сознания, налагает глубокий отпечаток на взаимоотношения представителей этих двух областей духовной жизни и на их мировосприятие. По мере развития и дифференциации знания, по мере необъятного роста тех областей деятельности, где преобладающую роль играет дискурсия, иначе говоря, по мере развития "научно-технической революции" стало расти и взаимонепонимание "физиков" и "лириков".
Постепенное успешное проникновение математических методов в гуманитарные науки породило у многих представителей "точных" наук уверенность в принципиальной способности этих наук решать любые, в том числе гуманитарные, проблемы. Если в прошлые века при всем уважении к достижениям "точных" и естественных наук ученый все же считался ущербным существом и чудаком, то в середине нашего века положение изменилось на прямо противоположное: в глазах посторонних он стал жрецом великого и могучего божества – Науки, а у самих "жрецов" возникли претензии на гегемонию дедуктивного формализованного знания в духовной сфере.
Вплоть до нашего времени различие, о котором идет речь, было видно прежде всего потому, что оно порождает два разных стиля мышления, соответствует двум разным подходам к раскрытию и утверждению истины. Предельным выражением этих подходов являются, с одной стороны, созданная человечеством математика, отражающая те объективные связи в мире, которые допускают логическое оформление, и этим утверждающая их истинность, с другой – созданное человечеством искусство, раскрывающее те связи в отношениях человека и мира, истинность которых не может быть постигнута формально-логически.
Так и возникло то, что называют "двумя культурами", представители которых могут расходиться между собой даже в суждении о том, что можно признать истинным или что есть существенное знание. Например, этические истины, с точки зрения последовательно мыслящего представителя "точного знания", совершенно бездоказательны и потому могут быть всегда оспорены. Однако они совместимы с его наукой, хотя и образуют независимый элемент, признаваемый истиной лишь интуитивно и воспитываемый в человеке "вненаучно", в некотором смысле вопреки психологии представителя математизированной культуры.
Искусство, наоборот, достигает убедительности, стараясь на всех уровнях, в форме и содержании показать превосходство интуитивного над чисто рациональным, над логически доказуемым, и тем самым утверждает авторитет интуиции, уравновешивающей авторитет дискурсивного, рационального знания.
Математика и искусство – крайние, полярные сферы "двух культур", но противопоставление той же природы существует между техническим и гуманитарным знанием вообще.
|
